Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Посещения и просмотры:

Яндекс.Метрика

Всего просмотров:

2987

(с 01.04.17 по 28.11.17)

За последнюю неделю: 114

 

Нагорнова Наталья Анатольевна

 

Заметки гостя

(эмоциональный отчет о II Всероссийской конференции «Психология сознания: современное состояние и перспективы» 29 сентября-1 октября 2011 г.)

 

Вместо предисловия.

Прошу простить мне смелость не указывать учёных степеней и званий участников, поскольку все они есть в программе конференции и в специальном разделе выпущенного сборника, их было так много, они были такими весомыми и серьёзными, что их перечисление накренило бы данный отзыв в сторону академичности, а хотелось передать дух, атмосферу интеллектуального праздника. При написании этого материала я старалась уловить главное из сказанного всеми докладчиками и не исказить услышанное. Первый день описан подробнее, второй – менее, поскольку присутствовала только на одной из секций, выступая с докладом и волнуясь. Ну а третий день описан под впечатлением от неформальных бесед.

 

Первый день.

Самые первые пришедшие, озираясь и осваиваясь, знакомились в фойе с новыми представленными книгами и монографиями. Позже на приобретённые экземпляры они брали автографы у подошедших авторов этих изданий.

Новичков впечатлило появление двух колоритных фигур в стиле Psychological romanticism - длинные широкие плащи, стильная цыганская шляпа с тесьмой, словно герои фильмов Кустурицы. Книги с портретом одного из них тоже были представлены, они быстро исчезали с прилавка и обретали автографы автора.

Постепенно напряжение спало, пошла свободная коммуникация, выражение радости встреч.

В зале собравшихся приветствовало выступление оркестра русских народных инструментов под управлением очаровательного озорного дирижера Н.Трофимовой.

Несколько минут перевоплощений зала, и – научная конференция началась. Но прежде Г.В. Акопов поздравил с днём рождения гостью из г. Москвы И.В. Антоненко.

Проректор О.М. Буранок начал свою приветственную речь с упоминания о предстоящем в этом году 100-летии ВУЗа – 19 октября день его основания.

Символично, ведь это день Царскосельского лицея:

«…Собирайтесь, лицеисты, в октябре багрянолистом 19-ого дня...» (А.С. Пушкин).

Дальше проректор рассказал, что сначала была создана историко-филологическая школа. Потом – много разных изменений, трансформаций, и вот сейчас – переход на бакалавриат и магистратуру.

Отметил, что уже 18 лет, как существует психологический факультет, и что все эти годы его возглавляет Г.В. Акопов, которому и передал слово.

Гарник Владимирович зачитал приветствие Владимира Петровича Зинченко участникам конференции, где были такие слова: «В мои 80 лет я так и не знаю, что лучше – быть в сознании или без него. Это почти гамлетовский вопрос, ответьте на него сами»!

А.Н. Ждан подарила факультету свою книгу «Российская психология. Антология», сказав при этом, что «… есть «вещие проблемы», которые не уходят из науки, и сознание – такая проблема». Что до 50-х годов прошлого века был ошибочный предмет психологии. И что проблема сознания и термин «сознание» - это разные вещи. «Бессознательное – это не достигшее известной степени напряжённости состояние души».

В своей книге «Психика и жизнь» Бехтерев писал, что индивид – носитель своего сознания, но ещё и общего сознания, как представителя различных обществ. Узнадзе писал, что все созданные школы – Выготского, Рубинштейна, позднее – Леонтьева, Зинченко, гештальтисты – все о сознании и о поведении.

В.Е.  Клочко как бы размышлял вслух, что запрос, полученный на психологию со стороны общества, очень большой, что сейчас, как никогда, нужен «целостный человек». Предложил нам представить высокую гору, внизу – река, там, на берегу сидит учёный. И наблюдает, что вот она, река – наука психология, течёт слева направо, и он её замеряет, изучает, видит направление её течения. Но если пройти дальше, то можно увидеть, что это была всего лишь излучина реки, и что на самом-то деле река течёт не слева направо, а справа налево. А если пойти ещё дальше, то можно увидеть, что река бежит вообще с горы, сверху вниз, от таяния снега на вершине горы, реализуя сама себя. И что все проблемы её – в солнце… Изучать явление нужно от истоков… И – что это может дать. Очень важно учёному определить себе место на этой горе.

Поделился, что пишет сейчас книгу – «… с ней я не исчезну». «Мы через функцию понимаем целое с тем, чтобы пересмотреть функцию. С психикой точно так же. Сознание – есть функция жизненного мира человека. Если многомерный человек – многомерно и его сознание. Понятие я в не я».

Сразу после выступления к Виталию Евгеньевичу подошёл Н.Н. Вересов, представился и: «Позвольте с вами познакомиться, зарубежный журнал … . Возможна ли будет публикация в нём на данную тему? С вас – русский текст, с нас – хороший перевод. Мы, правда, денег не платим, но и не берём».

После обеда в уютном ресторанчике – продолжение пленарного заседания. В.И. Панов в своём выступлении говорил о появляющихся традициях, рассуждал, при каких условиях из «семечка» взрастает сознание. Приводил образные примеры и аналогии (различные учения психологии как разные сорта колбасы, дети-маугли) и убеждал, что продуктивный способ мышления не должен лежать в основе изучения психологии. Что всё, что психика интероризирует, она должна и экстероризировать, иначе требуется психотерапия.

В.Ф. Петренко только что прилетел с Тибета, посещал там монастыри, также упоминал о Бурятии, Туве, при этом верующим буддистом себя не считает. Его взгляд: все проблемы – от наличия двойственности. Но если нет двойственности, то нет и наличия субъекта – объекта. Рассказывал об изменённом состоянии сознания, медитации, работе с образом. «Медитируя, ты ощущаешь единство со всеми живыми существами». Поведал об интересном эксперименте с гипнозом.

В докладе Е.А. Сергиенко прозвучало то, что состояний сознания очень много, давала сравнения сознания животных и человека. В мультимедиапрезентации был показан фильм об опыте с доставанием конфеты из ящика сложным и замысловатым путём ребёнком и обезьянкой.

В.А. Шкуратов отметил, что «…особенность современной психологии в том, что она не рефлексирует свои методы в качестве артефакта», и что она не служит человеку, рассуждал о дихотомии жизни и смерти.

Архимандрит Георгий говорил о созерцании, святочтении, вере, сдерживающей большое количество людей от ошибок и необдуманных действий.

 

Второй день.

А.Ю. Агафонов чётко обозначил, что самой важной проблемой сознания является феномен осознания, и что сознание достойно того, чтобы о нем не только размышляли, но и делали его предметом экспериментальных исследований, наряду с такими его проявлениями, как память, внимание, мышление. Б.С. Братусь был аллегоричен. «По-клочковски проблема в том, куда течёт река-психология. А ведь перед нами не ровная дорога, а мост в будущее через бездну отрезков времени. И чтобы вырваться из неё, нам необходим акт веры». Его соавтор Н.В. Инина более подробно говорила о пространстве веры, приводила высказывания Джемса, Фрейда. Прозвучало, что «главной задачей проповедничества является наставничество».

Зал заметно оживился, стали задаваться вопросы, на что Б.С. Братусь отвечал, что «…вера – это не только религиозный феномен, но и общепсихологический. Мы соотносим нашу жизнь с тем, что больше нашего смысла – дети, например. Вера – это риск, на это нужны силы». Напомнил, что самые лучшие атеисты – это бывшие священники, и наоборот. И что мера веры человека равна мере неверия в нём.

Зал продолжал оживляться. Видимо, тема была актуальной и животрепещущей для всех. Появилась потребность подискутировать, высказаться. Но регламент нарушать не стали, продолжили по плану.

Следующий докладчик, Н.Н. Вересов, великодушно предложил отдать время своего доклада в пользу дискуссии, на что А.Ю. Агафонов возразил: «Стоило ехать из Австралии, чтобы отдать своё время». В итоге, Николай Николаевич Вересов изменил тему своего выступления, поскольку некоторые вещи его «по-нехорошему зацепили. В стране, где творил Выготский, странно слышать, что нет метода исследования сознания. Метод есть, об этом моя статья в сборнике конференции, называется он "экспериментально-генетический метод". Нет сейчас «национальных» наук. Это не российская или китайская науки, а это наука в России и в Китае. 30% Оксфорда и Кембриджа – не англичане. Науку делают не одиночки, а сообщества учёных, в ней нет национальных границ, есть пока только географические границы», и что в западных журналах 95% исследований, посвященных сознанию, относится именно к когнитивным исследованиям, остальным (культурно-исторической детерминации сознания) - всего 5%, а у нас с точностью до наоборот». Далее он представил несколько последних книг зарубежных изданий, в которых проблема сознания звучит по-разному – «Сознание объяснено», «Понимая сознание», «Гонка за сознанием». И приходится признать, что «…у человека сознание есть, а в мозге его нет! Современная психология потеряла душу». И процитировал А.Р. Лурию: «Чтобы понять внутренние психические процессы, надо выйти за пределы организма».

И.Н. Карицкий представил видеопрезентацию о созерцании, соотнося это понятие с понятием квантовой механики в физике, дал самые различные определения понятия «созерцания», начиная с определений, данных В. Далем. Если просто физически – то сознание – это состояние покоя, его невозможно зафиксировать технически. «Для меня же сознание – это точка в пространстве, где я живу, существую, и это – не физическая точка».

А.П. Назаретян начал своё выступление с красивой цитаты из поэмы М. Волошина «Путями Каина»: «В начале был мятеж, Мятеж был против Бога. И Бог был мятежом…». Используя мультимедиапрезентацию, говорил о психологических и духовных практиках, упоминал о социальном насилии и морали. «Степенью познания является степень самоотказа. Я избегаю в своих лекциях слово «сознание», т.к. оно слишком многозначно, и предпочитаю слово «интеллект»». Прозвучал термин «коэффициент кровопролитности» и интересный факт, что на сегодняшний день в мире насилие достигло небывало низкого уровня, что самоубийств раза в полтора больше, чем убийств, в Евросоюзе ещё больше, и в России - ещё больше. Т.е. физическое насилие снижается, но есть ещё виртуальное насилие, и оно выталкивается с экранов телевизоров, компьютеров. Идеал моральности – первобытный охотник. А сейчас – даже церковь приспосабливается к современным требованиям, настроениям. Интеллект в настоящее время решающим образом зависит от смыслообразования.

В завершении пленарного заседания Г.В. Акопов подытожил, что помимо поставленных задач в первый день конференция подняла вопросы о предмете, обогащённом исследовательском поле сознания. И сказал о необходимости оперативных обзоров того, что у нас происходит.

После завершения пленарной части всё же вернулись к незавершённой ранее дискуссии о вере. Звучало, что существуют два образа веры: «вера в…» и «вера, чтоб …», вера истинная и косвенная. Одно дело – верить в идею, и другое дело – жить по вере. В дискуссии приняли участие И.Н. Карицкий («Индуизм – прародитель всех религий»), В.Е. Клочко («Вера – явление реальности. Реальность и включённое наше отношение к ней. Мир – открытая система, без веры не может существовать. Поле есть надежда, и поле есть любовь. Вера – есть осуществление ожидаемого. И я люблю то, что придёт, потому, что это – часть меня. Когда мы начинаем писать научные статьи, мы меняем пласт вокруг себя. Когда Фарадей открыл поле, то главное было не поле, а ожидание. Туда попадает информационная характеристика»).

Далее Т.В. Семёнова представила новые издания по психологии сознания. Что это было за представление! Помимо того, что она дала ориентиры в мире новой научной литературы, она очень образно, живо и искренне описала процесс ознакомления с книгами самих сотрудников СГАПСА, процесс понимания их и процесс «послечтения». Настолько образно и живо, что на одной из последующих секций в своём докладе о созерцании Н.Б. Шкопоров, описывая процесс понимания смысла текста, цитировал её.

И в завершении Г.В. Акопов сообщил о победе в конкурсе «Золотая Психея» в номинации «Проект 2010 года в психологической науке», где лучшей была названа его монография «Психология сознания. Вопросы методологии, теории и прикладных исследований». А.П. Назаретян добавил, что журнал «Историческая психология и социология истории» в 2009 году тоже получил престижное звание лауреата Национального профессионального психологического конкурса «Золотая Психея».

В своём живом журнале Н.Н. Вересов написал: «30-ого сентября, 13:55. Очень интересная конференция. НН познакомился по крайней мере с двумя гениальными людьми. А это даже много для одной конференции».

Дальше были секционные заседания.

 

Третий день - рефлексия, впечатления о работе секций.

 

Н.Н. Вересов поведал, что, «бродяжничая с конца августа по конференциям в разных странах (Финляндия, Дания, Италия, Россия), ему есть с чем сравнивать». И он не представляет, чтобы на них было бы столько различных сообщений на такую серьёзную тему. «Светлое ощущение, что собрались люди заинтересованные, хорошо умеющие говорить, с искренним интересом к проблеме и друг к другу. Чувствуется образование, умение мыслить. На фоне предыдущих конференций эта – лучшая. Необходимо только научиться презентовать свои идеи на приличном английском, и - мы не хуже». Отметил три момента, которые, по его мнению, сквозные:

1. Тема о терминологии, потому как по-английски, например, у слова «сознание» очень много смысловых оттенков («Consciousnessmind. Значения и коннотации. Где кончается consciousness и начинается mind. За сconsciousness – вся психика, за mind – разум, ум, nus и т.д. Дальше – совесть, например. Угрызения совести это есть пример того, как работает сознание, по сути, реальная работа сознания в нас самих. Любовь – высшее чувство, а не невроз»).

2. Очевидно, что появились новые тенденции в последнее время, и снова встаёт вопрос об источниках сознания. Пока ответа на этот вопрос нет. Главная тенденция – результат развития науки о сознании, главная проблема – происхождение сознания. Без этого мы не поймём, как оно работает и как оно устроено. Истоки – в культуре. У нас есть органы чувств, позволяющие нам раскрывать этот трёхмерный мир. Мы выращиваем собственные небиологические органы, позволяющие раскрывать многомерность мира и, соответственно, строить свою жизнь в нём (или не выращиваем, и тогда спокойно себе живём в этом трёхмерном мире, в котором сознание и не нужно, и даже мешает, как нам говорит Виктор Аллахвердов). Сознание и есть совокупность этих органов. Существует в многомерном, а проявляется в трёхмерном. Поэтому в трёхмерном причины нет, что установил Андрей Агафонов и как ответственный исследователь нам об этом сообщил. Значит – выходить не только за пределы организма, но и за пределы этого трёхмерного строго физического мира.

3. Вопрос о методе, о межпарадигмальности. Надо различать методы и отдельные частные методики. Метод – это совокупность конкретных частных методик. Частные методики у нас есть, но не любая совокупность автоматически превращает их в метод. Три уровня – парадигма, теория, методология. Парадигма определяет общее видение. Но не только – в рамках парадигмы есть теории, то есть парадигма позволяет выбрать тот набор теоретических инструментов (не общих слов, а инструментов) для решения экспериментальной задачи. Вот для чего теории нужны, а не для того, чтобы общими словами говорить на общие темы. И, наконец, определившись с теоретическими инструментами, мы выбираем экспериментальные средства, соответствующие этим теоретическим инструментам. Исходя из этого, существуют требования к организации, к проведению экспериментальных исследований. Парадигма – ствол дерева, теоретические инструменты – ветви, и вот когда вы это дерево вырастите, тогда вы может быть получите плод. Вот это дерево и называется методология (в смысле мировой психологии). А Выготский называл это экспериментально-генетическим методом именно в смысле метода, а не методики. Прежде чем соглашаться или не соглашаться с Выготским, стоит сначала ответить на вопрос – а что такое этот метод. Есть жёсткие принципы построения экспериментального исследования у Выготского. Межпарадигмальность – это когда к телеге приделывают крылья от Боинга, колёса от мотоцикла и спускают на воду, потому что думают, что это – океанский лайнер. Такая штука не полетит, не поедет и не поплывёт.

Б.С. Братусь дал очень поэтичное сравнение: «Бытие музыки – музицирование. Так же и в науке – она живёт, когда идёт непосредственный обмен мнениями».

Г.В. Акопов рассказал о своих 5 критериях принятия докторских работ. «Да, есть «структурированный хаос», но нельзя оставаться жёстко в какой-то одной парадигме. Возможно, к третьей конференции мы всё же созреем до какой-то консолидации, это когда мы пытаемся помочь противоположной стороне. Итак, во-первых – консолидация, второй важнейший фактор – свобода».

В.Ф. Петренко добавил, что теоретическая концепция выстроена наиболее фундаментально, и что не менее важно – «внести контекст в технологии сознания, и психотерапевты сейчас это делают без нас, теоретиков. Вот В.М. Аллахвердов и А.Ю. Агафонов изучают вопрос о возникновении сознания. Правы ли они? Не знаю» (в зале - оживление).

Комментарии по прошедшим секционным заседаниям.

В.Е. Клочко сообщил, что представлены были разные позиции по поводу того, что такое психика, и как она воздействует на сознание, похвалил доклады с экспериментальной частью, все вышеупомянутые разногласия подтвердил, упомянув Выготского. Обратившись к историческому смыслу психологического кризиса, призвал к пониманию и осознаванию процессов. Но «… главная заслуга, что мы сдвигали каждый свою точку зрения, и это всё позволило нам быть в общей научной струе».

Г.В. Акопов согласился, что жизнь – это диалог, бесконечный контакт.

Б.С. Братусь отметил яркий доклад Н.Б. Шкопорова, поделился, что «… есть предчувствие расширения контекстов. Психолог как бы захватывает многие области, и по горизонтали, и по вертикали. Культурно-исторический подход – это, скорее, яркое предположение, чем реализация, и в 90-е годы он был прерван, снижен».

В.В. Знаков отметил, что в двух представленных докладах были очень интересные исследования. И что Архимандрит Георгий осветил, каким должен быть православный учебник, над которым в настоящее время работают пять докторов наук, некоторые из которых сегодня присутствуют здесь.

В.В. Нуркова сообщила, что их секция, в которой было прочитано 14 докладов, была не межпарадигмальной, а бипарадигмальной, и сложилась из трёх частей. В первой части работы секции была представлена школа Аллахвердова. «Это – серия аккуратных экспериментальных докладов. Чёткая программа, она реализуется, это красиво». Во второй части выступала группа, занимающаяся генезом, в которой и она сама. В третьей части завязалась бурная дискуссия с присутствующим и задающим вопросы из зала философом, которая до конца так и не разрешилась, т.к. закончилось время. «Расстались мы в состоянии плодотворной задумчивости». И ещё Виктория Валерьевна посожалела: «Очень жаль, что нельзя было присутствовать на всех секциях».

Н.Л. Карпова сообщила, что накануне она участвовала в круглом столе, который состоялся в Самарской Губернской Думе, где присутствовали, в основном, школьные педагоги и психологи, которые констатировали, что компьютер грамотности не добавляет, и это можно назвать «плачем по волосам». Что всё медленно и верно ведёт к уничтожению всего хорошего, что было в начальной, средней и высшей школах.

Г.В. Акопов согласился, что прогресс очень изменил ситуацию с образованием, и сейчас появился даже термин видеодигмы.

В.А. Шкуратов отозвался об увиденном накануне фильме «Расколотое сознание» о старообрядцах деревни Екатериновка, фильм «… с проникновением в их ментальность».

Б.С. Братусь поблагодарил организаторов за замечательное проведение конференции, выразил респект Г.В. Акопову в том, что он, «по сути дела, создал школу, которую просто так не создашь, она рождается сама. Выражаем своё почтение».

Далее гости общались в неформальной обстановке под «знаменитые самарские пирожки». А.Н. Ждан очень рекомендовала собеседникам прочесть статью Н.Н.Вересова из сборника данной конференции, где тот прекрасно перечислил пять методов Выготского.

Я спросила Н.Н. Вересова:

- Вот вы на этой конференции призывали, чтобы российские учёные учили английский язык, чтобы быть без границ в науке. А раньше, в 1991 году в своей статье вы писали: «Пусть мировая психология учит русский язык».

На что он ответил:

- А я и не отказываюсь от тех своих слов! Ведь так и произошло, за последнее время были учёные, которые выучили русский язык только для того, чтобы читать Выготского в оригинале.