Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Посещения и просмотры:

Яндекс.Метрика

Всего просмотров:

3150

(с 01.04.17 по 12.12.17)

За последнюю неделю: 100

 

УДК 159.9

 

Методическая разработка учебного курса «психология сознания: социально-коммуникативная парадигма»

Статья из сборника: Известия Самарского научного центра Российской академии наук, Т.14, №2(3). 2012. С.645-652 

© 2012 Г.В.Акопов, Т.В.Семенова

Акопов Гарник Владимирович, доктор психологических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заведующий кафедрой социальной психологии, декан факультета психологии. E-mail: info-psy@rambler.ru

Семенова Татьяна Вениаминовна, доктор психологических наук, доцент, профессор кафедры социальной психологии факультета психологии. E-mail: tatvensem@yandex.ru

 

Поволжская государственная социально-гуманитарная академия

 

Статья поступила в редакцию 19.04.2012

 

В статье представлены результаты методической разработки учебного курса по психологии сознания для студентов (магистров) гуманитарных направлений. Позиция Самарской школы (Г.В.Акопов и др.) выдержана в методологическом поле двухфакторной модели сознания: фактор контакта (обратная связь – коммуникация – смысловое общение); фактор свободы (выбор – творчество – созидание); представлен также новый взгляд на «созерцание» как научный термин и определено его место в категориальном аппарате науки сознания («созерцание» понимается как дополнительная к «деятельности» категория сознания).

Ключевые слова: психология сознания, социально-коммуникативная парадигма, двухфакторная модель сознания, контакт, свобода, созерцание, деятельность, теоретико-эмпирические исследования, электронное учебное пособие, учебный курс по психологии сознания.

 

Учебный курс «Психология сознания: социально-коммуникативная парадигма» имеет целью ознакомление студентов (магистров) гуманитарных направлений с современной спецификой теоретических основ психологии сознания, развиваемой Самарской психологической школой, особенностями прикладных и практико-ориентированных исследований сознания как новых направлений интегрированных исследовательских проектов. В структуру курса включены основные междисциплинарные подходы к изучению сознания; основные академические и новейшие теории сознания отечественной и зарубежной психологии; основные категории, понятия, варианты структурных построений сознания, законы функционирования сознания, факторы его развития, направления практического и прикладного использования теоретических конструктов; основные положения  теории сознания Самарской научной психологической школы; основные содержательные моменты материалов Первой[1] и Второй[2] Всероссийских научных конференций «Психология сознания: современное состояние и перспективы», а также конференций по проблеме сознания за рубежом.

Учебный курс для студентов старших курсов специалитета (или магистров) гуманитарных направлений «Психология сознания: социально-коммуникативная парадигма» основан на серии публикаций последних лет, в которых представлен широкий спектр мнений  авторов, занимающихся проблемой сознания, начиная с принципа единства сознания и деятельности А.Н.Леонтьева и заканчивая одной из последних теорий сознания В.М.Аллахвердова, который сформулировал некоторые законы работы сознания. Перечень подходов к решению проблемы сознания в Западной Европе и США связан с развитием нейронауки, с исследованием феноменов (например, способность слабовидящих точно угадывать характеристики зрительных стимулов и др.), с работами в области искусственного интеллекта, с формулированием так называемых «легких» (объясняемых с позиций когнитивной науки) и «трудных» (тупиковых, например, связанных с объяснением субъективного опыта) проблем сознания. Самарский подход[3] предлагает свою объяснительную версию – принцип контакта и свободы (потребность индивида в установления контакта со средой, самим собой и социальным миром, а также потребность в самостоятельности принятия решений). В двухфакторной модели сознания каждый из факторов, в свою очередь, может рассматриваться в триадичной структуре: контакт – его отсутствие или наличие (по критерию обратной связи), коммуникация (по критерию передачи определенного информационного содержания), а также смысловое общение; свобода – возможность выбора; определение, нахождение субъективно новых целей (творчество); конструирование объективно новых целей (созидание). Каждый из факторов рассматривается также в двух планах – внешнем и внутреннем, что позволяет с учетом трехкомпонентной структуры каждого из факторов (контакт, коммуникация, смысловое общение; выбор, творчество, созидание) и различных сочетаний компонентов выстраивать достаточно широкое поле конкретных проявлений сознания.

Особенностью самарских исследований сознания является их консолидирующий характер, объединяющий различные идеи, мнения, версии, подходы и принципы. В наших последних публикациях все чаще артикулируется  понятие «консолидация», что можно рассматривать как закономерный этап развития методологических исследований и введение новых терминов в перечень уже имеющихся – «междисциплинарность», «интеграция», «конвенция», «толерантность», «либерализм», «схизис» и пр. Не случайно и название научного мероприятия, проведенного в 2010 году факультетом психологии Поволжской государственной социально-гуманитарной академии: Первый Поволжский консолидирующий семинар «Созерцание – современная научно-теоретическая и прикладная (практическая) проблема», который заложил начало в изучение одного из удивительнейших явлений сознания – «созерцание», определив тем самым новое научное направление. Категория «созерцание» стала выполнять функцию условного «аттрактора» системы психологических понятий, так или иначе связанных с категорией «сознание»[4]. В разработку нового учебного курса по проблеме сознания вносит свой вклад и студенческий межвузовский научный кружок «Психология сознания», работающий на факультете психологии Поволжской государственной социально-гуманитарной академии.

Теоретический раздел учебного курса назван «Наука сознания» - новое направление интегрированных исследований». Термин «наука сознания» появился за рубежом, но и для России он становится все более актуальным. Существует бесчисленное число точек зрения относительно природы сознания – в том числе и позиции тех, кто утверждает, что сознание не может быть объяснено стандартными методами нейрофизиологии и психологии. В решении  проблемы сознания учёные условно разделились на тех, кто подходит к данной проблеме с позиции биологии, физиологии, физики, и тех, кто ориентируется на философию и гуманитарные науки. Но основные вопросы, которые решает современная наука, одни и те же, это: вопрос о функциях сознания, о его структуре, о его происхождении и развитии. По основным вехам, представленным в научном обзоре, можно проследить, как изменялся подход к пониманию сознания в зависимости от уровня развития общества. Так или иначе, говорить о правильности того или иного подхода не корректно, можно предположить, что проблема сознания решится только при комплексном, «консолидирующем» подходе (Г.В.Акопов и др.). В любом случае все теории и попытки исследования сознания представляют огромную важность для науки.

В теоретический раздел учебного курса отдельной темой включены классические теории сознания, к которым отнесены концепции отечественных психологов прошлых лет (Л.С.Выготский, А.Н.Леонтьев, А.Р.Лурия, С.Л.Рубинштейн и др.). Современный взгляд на проблему сознания представлен работами В.П.Зинченко (бытийный, рефлексивный, духовный слои сознания), В.М.Аллахвердова (психологика сознания), В.Ф.Петренко (психосемантика сознания, конструктивистская парадигма сознания), А.Ю.Агафонова (когнитивная психомеханика сознания, механизмы осознавания), и др.

На наш взгляд (Г.В.Акопов и др.)[5], предельно широкую форму выделения (различения) реальности (будь то действительность или виртуальность) представляет дихотомия: объединение – разъединение. Предпочтительнее более широкий вариант первого обозначения в этой паре – «контакт», допускающий также стадии предшествования, не обязательно влекущие к объединению; в отношении второго члена дихотомической пары в качестве синонимической замены был избран более узкий по значению термин «свобода». Таким образом, дихотомия приобретает в большей степени антропный характер. Вместе с тем члены модифицированной пары приобретают детерминирующий по динамике их сочетания характер, т.е. характер факторов. Следствием привлечения мало активируемой в современной психологии категории «свобода» может стать, с одной стороны, отход от абсолютного детерминизма в концептуальных психологических построениях (отчего уже ушло современное естествознание), с другой, также отход от абсолютного утилитаризма (адаптация, функциональность, рефлекторность, системность и т.д.). Психологической альтернативой утилитаризму является ценностный и в, частности, нравственно-этический и эстетический подходы. С учетом новых исследований Н.Д.Гордеевой (обнаружение аналогов рефлексии даже в элементарных движениях и действиях), можно говорить и о более высоких уровнях контакта (коммуникация на основе содержания обратной связи, смысловое общение и взаимодействие). Что касается собственных операциональных ресурсов двухфакторной модели сознания, то каждый из факторов, в свою очередь, может рассматриваться в триадичной структуре: контакт – его отсутствие или наличие (по критерию обратной связи), коммуникация (по критерию передачи определенного информационного содержания), а также смысловое общение; свобода – возможность выбора; определение, нахождение субъективно новых целей (творчество); конструирование объективно новых целей (созидание). Каждый из факторов рассматривается также в двух планах – внешнем и внутреннем[6].

В содержание курса включены темы и краткое изложение исследовательских проектов, посвященных проблеме сознания, разрабатываемых на факультете психологии Поволжской государственной социально-гуманитарной академии под руководством доктора психологических наук, профессора, заслуженного деятеля науки Российской Федерации Гарника Владимировича Акопова. В лекционном материале использованы фрагменты научных статей Д.А.Агапова, Г.В.Акопова, Т.В.Семеновой, диссертационных исследований А.С.Беловой, О.В.Василевицкой, дипломной работы В.С.Чернышова и курсовой работы Ф.А.Кечаева. Разработчики учебного курса выражают благодарность соавторам и исполнителям за возможность обсуждения со студентами и магистрами совместно полученных результатов[7].

Содержательные моменты новых исследований сознания, включенные в учебный курс «Психология сознания: социально-коммуникативная парадигма», далее представлены в трех разделах и заключаются в следующем.

  1. Блок контакта: саногенное общение. Периодически активизирующиеся процессы дифференциации и интеграции научного знания отчетливо прослеживаются и в сфере психологии.Такие, достаточно новые отрасли, как психологическая санология и психология здоровья, на первый взгляд, представляются практически совпадающими областями современных знаний. Однако, при внимательном рассмотрении, можно заметить, что специфика предмета санологии заключается в её процессуальности, в то время как содержание психологии здоровья носит объектный характер, т.к. включает целокупное множество психологических вопросов, развития, укрепления и сохранения здоровья человека. Отчасти совпадающей (пересекающейся) частью обеих рассматриваемых отраслей является, на наш взгляд, подобласть психологического здоровья, хотя разъединяющих границ последней с телесным (физическим) и социальным здоровьем никто никогда не проводил. Не случайно, что первые значительные исследования в области отечественной психологической санологии, предпринятые Ю.М.Орловым, были посвящены процессам мышления (саногенное мышление). Впоследствии эта линия была продолжена в работах Н.Д.Твороговой.

Следует отметить, что саноцентрический подход в психологии может встретить следующие две основные трудности. Первая трудность связана с теорией барьеров или препятствий (Р.Х.Шакуров), благодаря которым и происходит любое развитие, определяющее стратегические ресурсы индивида в континууме: приспособление (адаптивное поведение) – преодоление (сверхнормативное поведение). В технологическом плане сложность здесь носит объективно-субъективный характер, т.к. предусматривает, с одной стороны, известный принцип «зоны ближайшего развития» (Л.С.Выготский), с другой – явления «выученной беспомощности» (М.Селигман). Поэтому, планируя тот или иной вид психологической помощи (развитие, формирование, коррекция, ресоциализация и др.), необходимо существенным образом учесть исходное состояние индивида и релевантно дифференцировать подбираемый диагностический инструментарий. В любом случае важно учесть, что ни недостаток, ни, тем более, избыток барьеров (препятствий в жизнедеятельности субъекта) не отменяет саноцентрического подхода, органично выстраивающего бидоминантную активность человека в пределах неэкстремальных (форсмажорных) диапазонов; бидоминантность понимается как безусловное сопряжение целевой (профессиональной, учебной и др.) доминанты с доминантой субъективно-объективного благополучия. С благополучием взаимосвязана вторая главная технологическая трудность – это сложное комбинационное соотношение телесного, психологического и социального здоровья. Несомненно, объективный (измеримый) критерий тройственного (физического, психического и социального) благополучия не определяет полной картины благополучия человека без субъективной составляющей. В этом контексте на роль универсального объективно-субъективного «измерителя» вполне может претендовать определённая модель общения, а именно, саногенного общения.

Почему у японцев такая сложная система приветствия? Почему китаец при встрече непременно спросит: «Ты ел?». Речь идет об очень важной составляющей общения – обращении. Оно специфично и разнообразно по формам и содержанию у разных народов, но выполняет, на наш взгляд, одну и ту же функцию «смягчения» ситуации общения за счет отсрочки целевых установок общающихся. Если даже общающиеся весьма негативны в отношениях друг с другом, то, будучи вынуждены соблюдать ритуальные элементы общения, они дают возможность друг другу найти оптимальный, т.е. не унижающий до крайней степени достоинство личности, ответ. Сегодня приобщаемые к технической цивилизации народы теряют эту условность. Сказывается не только современный ритм жизни, но и менее резкая, чем раньше, дифференциация населения по уровню жизни (культура, материальный достаток, общественное положение). При этом этикетность общения может приводить и к противоположной крайности. Так, известная церемония приглашения в дом, например, у адыгов. По традиции, один из собеседников приглашает другого в дом погостить, во многих случаях это акт вежливости, особенно сегодня, и собеседник, ориентируясь в ситуации, улавливает условность приглашения, благодарит и вежливо отказывается. Но приглашение в дом настолько прочно вошло в привычку адыгов, что многие, даже не будучи готовы к приему гостей, всё же зовут их к себе и порою весьма настойчиво. Приглашение в дом – акт приличия. Если кто-то хочет, чтобы его приглашение приняли, следует повторить его несколько раз в различных вариантах, со все большей настойчивостью. Не следует смешивать лицемерие как форму индивидуального поведения с этикетом традиционного поведения. Так, при рассаживании гостей у адыгов все стараются занять место, которое не соответствует их возрасту и рангу; возникают споры и препирательства, каждый стремится уступить наиболее почетное место, что является признаком воспитанности и скромности. Это зафиксировано в ряде адыгейских пословиц: «Не стремитесь к почетному месту, заметят, каков ты есть» и другие. Акт вставания – один из самых распространенных атрибутов приветствия у всех народов, особенно в отношениях между мужчинами и женщинами. Он означает взаимное уважение и благожелательность. Некоторые преподаватели разрешают студентам на занятиях отвечать на вопросы, не вставая, и это проявление вежливости со стороны преподавателя. Однако вежливость проявляют и те студенты, которые, соглашаясь с разрешением, тем не менее встают, быть может, за исключением тех, кто придерживается правил вежливости папуасов Новой Гвинеи, которые садятся в знак приветствия.

Фатическое общение не случайно закрепилось во многих этнокультурах, реализуя, помимо вышеуказанной, также функцию «психологического поглаживания». В научной психологии эти аспекты интерактивной стороны общения-обращения (А.А.Бодалев) мало изучены. Другая малоисследованная характеристика общения – его уровневая структура. В большинстве структурных описаний общения (Б.Г.Ананьев, Г.М.Андреева, А.А.Бодалев, А.А.Леонтьев, Б.Ф.Ломов, В.Н.Мясищев) мы не находим уровневой градации актов общения, за исключением работы Б.Д.Парыгина. К уровневым характеристикам общения трудно отнести выделенные Н.В.Казариновой описания: ритуальный или социально-ролевой, деловой или манипулятивный, интимно-личностный; это, скорее, виды или типы общения. Предложенное Б.Д.Парыгиным параметрическое описание общения, включающее психологический контакт, обмен информацией, взаимодействие и взаимовлияние, наиболее адекватно для уровневого рассмотрения. Как отмечает Б.Д.Парыгин, общение может варьировать от высоких уровней взаимопроникновения и взаимопонимания партнеров до самых свернутых и фрагментарных контактов. Действительно, любые акты общения предполагают установление контакта, т.е. такую взаимообусловленную психическую активность двух иди более людей (аутокоммуникация или внутренний диалог требует отдельного рассмотрения), в процессе которой атенционные, мнемические, перцептивные и т.д. процессы находятся в совокупно регулируемом состоянии, обеспечивающем возможность установления тем или иным способом обратной связи между общающимися. Контакту предшествует коммуникативная установка, подразделяемая на три типа: директивная (авторитетная), конвенциональная и консолидирующая.

Контакт – минимально необходимое условие общения, позволяющее реализовать общение на самом поверхностном его уровне. Контакт может обеспечиваться как в знаковой (речевой) форме, так и с использованием тех или иных незнаковых (невербальных) средств. Ни в том, ни в другом случае нет передачи какой-либо содержательной информации, а всего лишь некий аналог сигнализации в формах характерных для человека выразительных средств. Критерием установления контакта является наличие обратной связи, т.е. взаимообусловленный либо взаимосогласованный и, соответственно, взаимопонятный (релевантно интерпретируемый) обмен знаками той или иной формы. В случае намеренного или случайного осознания (рефлексии) контакта, последний может трансформироваться в целенаправленную активность, т.е. в более или менее полную форму деятельности педагога-психолога. Во всех случаях неотъемлемым атрибутом контакта является психологический момент (интенция, мотив, установка, направленность и т.д.). В противном случае невозможен следующий уровень общения – коммуникация, в процессе которой осуществляется передача и, соответственно, прием определенной информации. На этом уровне общение вполне соотносимо с деятельностью.

«Сильный» эмоциональный (личностный) момент выводит коммуникацию на третий уровень общения, связанный с необходимостью определения смысла вступления в контакт и коммуникации. Содержание коммуникации, в свою очередь, может в той или иной степени раскрывать те или иные смысловые ориентации общающихся, что может также, в определенных случаях, запускать механизм произвольности, переходящей, в ряде случаев, в деятельностную форму. В процессе коммуникации исходные смыслы могут трансформироваться в зависимости от устойчивости контакта или других динамических особенностей, связанных с рефлексией коммуникации или общения, что определяет следующий уровень метакоммуникации или метаобщения.

Таким образом, уровневая градация (структура) общения складывается из коммуникативной установки, общения-контакта, общения-коммуникации, общения-обращения, смыслового общения (раскрытие смысла), метакоммуникации (метаобщения). Такое структурирование процесса общения, не отменяя другие подходы (функциональный, динамический и т.д.) позволяет разрешить как проблему соотношения объективных и субъективных (личностных) сторон общения в деятельности, так и проблему соответствия субъективно необходимого и объективно возможного в достижении тех или иных целей посредством включения рефлексивных механизмов метакоммуникации и метаобщения. Таким образом, может быть реализован принцип саногенности общения.

2. Блок свободы: на пути к пониманию. Тема свободы анализируется в методологических традициях самарской психологической школы – посредством сравнений  отечественной и зарубежной направленности научных исследований. Из отечественных работ внимание, прежде всего, привлекли идеи свободы русских философов – Н.А.Бердяева, В.Соловьева, Н.О.Лосского, Л.Шестова, П.Е.Астафьева, И.А.Ильина, Н.Я.Грота, которые  рассматривали свободу как общепсихологическую проблему, однако не привнесли сколько-нибудь значимых смыслов в ее психологическую трактовку. Последующие исследования психологического толка подарили науке интересные словосочетания: «свобода выбора» (Л.С.Выготский), «степень свободы» (Н.Н.Бернштейн), «активный характер» свободы (С.Л.Рубинштейн), «преодоление установки» (Грузинская школа), свобода как волевой процесс (В.И.Селиванов), «надситуативная активность» (В.А.Петровский) и др.

В концепции Е.И.Кузьминой свобода соотносится с самоопределением человека. Три аспекта свободы: чувственный (субъективное переживание свободы), рациональный (рефлексия границ возможностей) и действенный (способность реально изменять границы виртуальных возможностей) связаны с возрастными этапами развития, зависят от формирования интеллекта, индивидуальных особенностей и качеств личности. Для разработки концепта свободы немаловажны представления о личностной или внутренней свободе, которые определяются, по словам Г.А.Балла, через условия, способствующие гармоническому развертыванию и проявлению разносторонних способностей личности. По мнению Д.А.Леонтьева, свобода подразумевает возможность преодоления всех форм и видов детерминации активности личности, в том числе собственных установок, стереотипов, сценариев, черт характера и психологических комплексов.

Для методологического обоснования самарской версии целостного концепта свободы личности была использована концепция свободной причинности В.А.Петровского. Личностное «Я» выступает в этом подходе как субъект свободы, а сама свобода оказывается выходом за пределы предустановленного в деятельности человека – в сферу беспредельного. С точки зрения социально-психологического подхода к рассмотрению проблемы свободы исследовательский интерес привлекли работы К.А.Абульхановой, в которой она описывает типичное для российского менталитета понимание свободы, а также работы Б.С.Алишева по психосемантике понятия свободы.

Самарский подход рассматривает понятие «свобода» в контексте проблемы сознания. В концепции двухфакторной структуры сознания, свобода определяется как одна из сущностных характеристик сознания, как фактор развития и проявления сознания в деятельности, как его функция и понимается как выбор (произвольность), творчество и созидание[8].

В отечественной психологии разных направлений проблема свободы рассматривается многоаспектно. Термин «свобода» определяется через понятия: осознанной необходимости, свободного выбора, творчества и созидания, спонтанности, воли, независимости, самоопределения, самодетерминации, активности, возможности преодоления, выхода за рамки собственных границ.

В зарубежной психологии изучение свободы связано с понятием самодетерминации и использовано у таких экзистенциалистски ориентированных авторов, как Э.Фромм, В.Франкл, Р.Мэй и др. Идеи Э.Фромма интересны, прежде всего, тем, что он отмечает амбивалентность свободы, считая «свободу для» главным условием роста и развития человека, и рассматривая свободу как бремя (одиночество и бессилие, чувство собственной ничтожности). Многие бегут от свободы, выбрав тем самым наименьший путь сопротивления. Из идей В.Франкла взят тезис учения о свободе воли, который заключается в том, что человек свободен найти и реализовать смысл своей жизни, даже если его свобода заметно ограничена объективными причинами. Невозможно  обойти вниманием экзистенциальную психологию (Р.Мэй), которая рассматривает личностную свободу как осознание возможностей в рамках судьбы, под которой  понимаются те данности, неизбежности и ограничения, которые образуют пространство детерминизма человеческой жизни. Свобода – это способность человека управлять своим развитием, тесно связанная с самосознанием, гибкостью, открытостью, готовностью к изменениям. С позиций когнитивной психологии свобода определяется способностью человека предвосхищать, воспринимать и структурировать надежную, релевантную информацию. В основе человеческой свободы, с этой точки зрения, лежит воздействие на себя, которое возможно благодаря двойственной природе «Я» – одновременно как субъекта и объекта. У представителей гуманистической психологии А.Маслоу и К.Роджерса взята идея определять свободу как силу, способствующую самоактуализации и самореализации личности. Для выявления структурных компонентов свободы оказалось возможным позаимствовать идеи У.Тейджсона. Он выделяет три параметра свободы: 1) уровень когнитивного развития, 2) объем внешних ограничений, 3) подсознательные внутренние детерминанты и ограничения. В теории субъектности Р.Харре интересна трактовка понятия «субъектность»: чтобы человеческое существо можно было считать субъектом, необходимо, чтобы оно обладало определенной степенью автономии. Автономия, согласно Харре, предполагает возможность дистанцирования как от воздействий окружения, так и от тех принципов, на которых основывалось поведение до настоящего момента. Харре характеризует систему регуляции человеческих действий в кибернетических понятиях многоуровневости и многовершинности. С точки зрения самодетерминации  понятие автономия понимается не просто как одна из тенденций личности, а как универсальный механизм нормального развития, нарушение которого приводит к различным видам патологии развития. Таким образом, при определении свободы акцент ставится на психологическом понимании, а именно на отношениях между индивидом и его окружением. Это  свобода как осознание и самосознание, свобода как самодетерминация и автономия, свобода как мотивационное образование, свобода как составляющая самоактуализации личности, свобода как свободный выбор, свобода как позиция  и др. Так или иначе, признается важная роль процессов осознания и самосознания, общего развития интеллектуальной сферы человека в целом и в расширении свободы в том числе.

3. «Созерцание» и его определение в категориальном  аппарате науки сознания: новый взгляд. Наиболее полный обзор исторического пути исследований созерцания сделан в недавних работах Г.В.Акопова и Д.А.Агапова[9]. Созерцание определяется как пассивное наблюдение, бездеятельность, рассматривание, изучение, любование, молчание, остановка, постижение смысла разумом, духом, нерациональное постижение действительности и т.п.

Предметом созерцания могут быть предметы, объекты, явления, сущности, процессы, состояния и т.д., не только визуальные (например, в орнаменталистике, архетектурных формах, в садово-парковом искусстве, жанрах музыкального фольклора, поэзии и т.п.). В качестве характеристик созерцания выделены следующие: длительность (хотя время в этих состояниях необходимо оценивать иначе); интуитивность, непосредственность, либо отсроченность последствий; слитность, неразделенность субъекта и объекта (альтернативное суждение - созерцание предполагает некоторую дистантность между субъектом и объектом, Я и предметом созерцания); анизотропность созерцания внешних объектов и внутреннего созерцания; спонтанность, свобода и др. В качестве сравнительных, близких по смыслу понятий, использованы: «эйдетическая интуиция», «идеация», «рефлексия сосредоточения», «нулевое положение» и пр. К разновидностям созерцания можно отнести рекреационное и эстетическое созерцание, ретро- и про-созерцание, чувственное созерцание, созерцание сущности и т.п. Созерцание может выступать в формах процесса, состояния и свойства субъекта (индивида, личности, индивидуальности). Созерцание так или иначе связано с сознанием, претендуя на его место в качестве более значимой оппозиции к деятельности. Созерцание проявляется в периоды возрастных кризисов (младенчество, юность, преклонный возраст), иногда оно может быть вызвано заболеванием. Созерцание уникально, свободно, неподвластно регуляции, не тождественно состояниям инсайта и озарения, мистическим состояниям, а также измененным состояниям сознания (таким как медитация, транс, молитва и др.). Вместе с тем, имеет много общего с состоянием медитации и мистическим состоянием, может выступать в виде внутренней коммуникации, аутокоммуникации и транскоммуникации. Отличительной чертой созерцания является неизреченность, невозможность изложить ощущения и впечатления на обычном языке, это спонтанно обретаемая точка (область) схождения сознания и бессознательного.С позиции полифонической психологии, возможно созерцать идеи нескольких голосов, что может привести к инсайту, при этом каждый созерцатель может быть потенциальным участником, исполнителем, автором и т.д., но может занять и метапозицию. По сути, это и есть не просто диалог как обмен информацией, а полифонический диалог или диалогическая полифония.

Разработки самарских психологов в последние годы связаны с эмпирическим изучением необычных состояний сознания, например, таких как «контакт» в межличностном общении[10], «контакт с вещью» в материальном мире вещей[11], «созерцание», интуиция, инсайт и др[12]. Новым исследовательским приемом можно считать групповое соавторство студентов, выступающих в теоретико-эмпирических исследованиях в роли испытуемых-информантов, делящихся не только своими субъективными интраспективными переживаниями, но и результатами рефлексивных рассуждений, предположений, трактовок своих объяснительных версий работы механизмов сознания. Таким образом, в рамках учебного курса также проводится в жизнь консолидирующий подход, который служит двум целям: обучению студентов (магистров) тому, что уже известно науке о сознании, а также сбору «первичных данных» и попытке объяснить то, что еще не известно науке или строго научно не доказано. Совместное творчество преподавателя и студентов приносит плоды в виде интересных курсовых, дипломных, диссертационных проектов и совместных публикаций[13].

Примеры творческих заданий к учебному курсу «Психология сознания: социально-коммуникативная парадигма»[14]. 1) Разработайте оригинальную структуру нового учебника по психологии сознания (удобного и интересного с Вашей точки зрения). 2) Подготовьте презентацию теории сознания известного автора, выбрав из нее наиболее важные,  с Вашей точки зрения, положения. 3) Сравните несколько теорий сознания (найдите  общее и/или разное...). 4) Сформулируйте несколько критических замечаний по поводу основных положений теории сознания известного автора («Найдите 10 несоответствий действительности..., противоречий или поводов для возражения»). 5) Разработайте и представьте в виде презентации, статьи или доклада свою, «авторскую» теорию сознания. 6) Выберите несколько тем научных исследований из спектра направлений и содержания докладов  Материалов Первой Всероссийской (